что пресная вода в ручье сделалась от слёз солёной.
— О чём ты плачешь? — спросили у него дриады.
— Я оплакиваю Нарцисса, — отвечал ручей.
— Неудивительно. — сказали дриады.
В конце концов, мы ведь всегда бежали за ним вслед, когда он проходил по лесу, а ты единственный, кто видел его красоту вблизи.
— А он был красив? — спросил тогда ручей. — Да кто же лучше тебя может судить об этом? — удивились лесные нимфы.
Не на твоём ли берегу, склонившись не над твоими ли водами, проводил он дни?
Ручей долго молчал и наконец ответил: — Я плачу по Нарциссу, хотя никогда не понимал, что он прекрасен.
Я плачу потому, что всякий раз, когда он опускался на мой берег и склонялся над моими водами, в глубине его глаз отражалась моя красота…